
четверг, 1 июля 2010 г.
Пожарный штурмовой вертолет

вторник, 15 июня 2010 г.
Ми-8 в США

вторник, 6 октября 2009 г.
пятница, 17 апреля 2009 г.
воскресенье, 15 марта 2009 г.
«Апач» и «Крокодил». Сравниваем несравнимое (ч.2)
Хотел написать про тактику применения, но потом подумал, что тактику для новых образцов вооружения все-таки разрабатывают уже в войсках, потому что далеко не всегда мысли военных теоретиков совпадают с реальностью. Поэтому сегодня будет про концепцию Ми-24 и его облик, ей обусловленный.
А в это время…
Пока американцы вовсю воевали во Вьетнаме и постоянно наращивали там численность вертолетов, в Европе этим вовсю воспользовалась Франция и начала продвигать свои боевые вертолеты «Алуэтт». Это было связано с тем, что американская промышленность и так работала на пределе, производя двигатели для внутреннего потребления.
В СССР этот факт также не остался незамеченным, и были предприняты попытки принять на вооружение боевой вариант Ми-1, впрочем, безуспешные. Зато вооруженный Ми-4 был одобрен «лучшим другом всех летчиков» - Хрущевым, который считал, что вертолеты и ракеты уже в текущем столетии полностью вытеснят авиацию. Однако, этот вариант носил лишь промежуточный характер и уже полным ходом шла выработка концепции принципиально нового ударного вертолета в пару к транспортному Ми-8.
«Крокодил» - постановка задачи на проектирование и получившийся облик машины
К тому времени уже были ясны основные пути развития ударных машин на основании Вьетнамской войны – концепция разделения ролей, которая проявилась после создания специализированного ударного вертолета AH-1, и концепция универсальной машины по типу UH-1. Министр обороны СССР маршал Гречко предпочел именно второй вариант – универсальная ударная машина по типу «Ирокеза», но с учетом дополнительных требований, которые были направлены в первую очередь на то, чтобы уничтожить основные недостатки UH-1, выявленные по результатам Вьетнама. Но это было не все. В умах советских генералов, прошедших Великую Отечественную войну, был жив образ легендарного штурмовика Ил-2 – самолета непосредственной огневой поддержки войск, который показал высокую эффективность против немецких сухопутных войск. Теперь этими чертами планировалось наделить новую боевую винтокрылую машину, которая должна была по замыслу теоретиков находиться в непосредственной зоне ведения активных боевых действий. Новый вертолет должен был способен наносить по противнику бомбово-штурмовые удары, иметь способность работать управляемым вооружением по всем основным боевым танкам противника, обладать максимально возможной живучестью в зоне действия войсковой ПВО стран НАТО, иметь очень высокие летные характеристики и в дополнение ко всему этому – еще и нести десант из 8 человек с полным вооружением. Это резко контрастировало с принятой на западе философией – там ударные вертолеты были только платформой для размещения вооружения, поэтому были легче, маневренней и меньше, чем будущий «Крокодил», к тому же они не были рассчитаны на непосредственный контакт с ПВО противника, поэтому тяжелого бронирования не имели (впрочем, о западных вертолетах мы поговорим как-нибудь позже).
Вооружить будущую «летающую БМП» планировалось достаточно мощно – на начальную модификацию машины ставился ПТРК «Фаланга» (и сразу же была начата разработка гораздо более совершенного ПТРК «Штурм»), блоки НАР С-50 калибра 50мм (позже планировалась постановка на вооружение перспективных 80 и 120 мм НАР), бомбовая нагрузка номенклатурой как у типового истребителя-бомбардировщика тех лет (свободнопадающие бомбы калибром до 500 кг, в т.ч. и применение бомбовых кассет), а также 4х-ствольный пулемет ЯкБ калибра 12,7 мм в подвижной носовой установке(его огневая мощь позволяла уничтожать даже БМП, а для борьбы с танками в наличии были ПТУР). Его огневая мощь впоследствии оказалось достаточной даже для поражения истребителей противника (надо заметить, что на первой модификации машины был установлен более простой одноствольный пулемет А-12,7). В последующих модификациях машины пулеметное вооружение будет заменено на пушечное – на модификацию П (1975г.) будет поставлена мощная авиапушка ГШ-30К в неподвижном варианте по правому борту, а на модификацию ВП (1985г.) будет установлена подвижная носовая установка с 23-мм пушкой ГШ-23Л.
Броня была включена в силовой набор машины, не сделана навесной, как на западе. Здесь уже чувствуется влияние Ил-2, в котором летчик также размещался в бронекорпусе, служившем силовым несущим элементом фюзеляжа. Борта кабины экипажа были прикрыты стальными бронеплитами, у командира была в наличии бронеспинка, а кабину закрывали лобовые бронестекла. Впоследствии, при запуске в серию модификации Д, броня бортов и пола была еще больше усилена, а кабина была полностью перепроектирована, что еще больше повысило живучесть экипажа и кроме того, обеспечило великолепный обзор.
Новая машина должна была летать со скоростью до 350 км/ч на предельно малых высотах, маневрировать с перегрузкой до 1.75g, что по замыслу разработчиков должно было свести к минимуму время нахождения в зоне действия ПВО противника.
Для размещения внушительной боевой нагрузки на вертолет планировалось поставить хорошо развитые крылья большого удлинения, которые на высоких скоростях также должны были создавать дополнительную подъемную силу (это еще одно ключевое отличие от западных образцов, где настолько выраженное крыло отсутствует. Благодаря его наличию, Ми-24 имеет самолетные черты, и в то же время плохо переносит режим длительного зависания, т.к. большое крыло затеняет воздушный поток от главного ротора. Но это прекрасно вписывалось в концепцию скоростного штурмовика, которому вовсе не требовалось подолгу висеть на одном месте, как его западным коллегам).
Из-за стремления достичь высоких летных характеристик конструкторы отказались от полозьев а-ля «Ирокез» и запланировали оснастить вертолет убирающимися шасси.
Ну и конечно, кабины экипажа и десанта были задуманы герметичными с принудительным наддувом воздуха, что позволяло использовать машину в условиях применения ОМП. Кстати, на западе до сих пор кабины не герметизируют.
Двигатели были независимы друг от друга, важнейшие узлы бронированы. При выходе из строя одного из них, другой начинал работать на взлетном режиме, что также увеличивало живучесть машины. Выхлопные сопла двигателей оснащались экранно-выхлопными устройствами, снижавшими на 60% температуру выхлопных газов, а значит - и заметность в ИК диапазоне.
Помимо тяжелого бронирования, планировалось оснастить Ми-24 комплексом активного противодействия уже появившимся на вооружении блока НАТО ПЗРК с ИК ГСН (который включал в себя как станцию оптического противодействия «Липа», прозванную потом в войсках «дискотека для ракет» и блоки отстрела инфракрасных ловушек), а так же блоком отстрела дипольных отражателей для борьбы с вражескими РЛС.
Все эти характерные черты предопределили появление не имеющей аналогов и по сей день «летающей БМП» и штурмовика в одном лице. Меры по повышению живучести машины были комплексными и включали в себя как активные, так и пассивные средства противодействия вражеской ПВО. Тактика применения Ми-24 так же в корне отличалась от той, которой пользуются западные пилоты. Впрочем, об этом позже.
среда, 11 марта 2009 г.
«Апач» и «Крокодил». Сравниваем несравнимое (ч.1)
Вступление
В 70-х годах прошлого столетия как в США, так и у нас, был накоплен и проанализирован опыт боевого применения вертолетов в локальных военных конфликтах, прежде всего – во Вьетнаме. Шел разгар холодной войны и противоборствующие стороны четко осознавали огромный боевой потенциал винтокрылых машин в грядущих сражениях. И на западе, и в СССР исходили из того, что главным театром военных действий станет Европа, где столкнутся сухопутные армии НАТО и стран Варшавского договора, и исходя из этого, формировались требования к разрабатываемым боевым вертолетам нового поколения. Несмотря на общие исходные данные, США и СССР пошли каждый своим путем и разработали друг на друга непохожие тактики применения вертолетов, что и привело к созданию машин разных классов. В СССР был создан Ми-24 (а позднее – как его дальнейшее эволюционное развитие, Ми-28), в США – AH-64 Apache. Надо сказать, в Ми-28 были устранены многие недостатки предшественника и учтен положительный опыт западных разработок. Конечно, правильнее было бы сравнивать сразу Ми-28Н с Apache Longbow, но российская машина только-только запущена в серию (в войска поставлено только немногим более 10 машин) и еще не полностью укомплектована. Пока Ми-28Н не имеет готовой БРЛС - заявленная двухдиапазонная БРЛС «Арбалет» разработки "Фазотрон-НИИР" была успешно завалена по срокам, массе и габаритам и теперь доводится до ума, говорят – займет пару лет. Сверхдальнобойный комплекс управляемого вооружения «Гермес-А» также еще не принят на вооружение (но уже был представлен на недавней выставке в Абу-Даби) и появится на вертолете примерно в те же сроки. В отличие от нового российского «летающего танка», «американец» успел повоевать во всех основных своих модификациях, поэтому будем рассматривать его в паре с более старым, но от этого не менее результативным на поле боя, Ми-24 «Крокодил». Это будет целый цикл постов, потому что втиснуть все в пару страниц я даже не представляю как. Начнем, как водится, сначала :)
Как все начиналось. Уроки вьетнамской войны
Во время вьетнамской войны США активно применяли транспортно-боевой UH-1 «Ирокез» (в основном, 2х модификаций: ударной – B, и транспортной - D), вертолет огневой поддержки AH-1 «Хью Кобра» и тяжелый транспортный вертолет CH-47 «Чинук». Воздушная кавалерия показала высокую боевую эффективность и американцы активно наращивали число машин в зоне боевых действий. По итогам 11 лет боевых действий, отношение потерь к числу вылетов составило 1:18000, что является уникальным результатом для интенсивных боевых действий. Однако, война так же выявила и существенные недостатки американских машин. До принятия на вооружение в 1967 году специализированного ударного вертолета «Хью Кобра» ударные функции выполняли «Ирокезы». Так, из-за низкой скорости тяжелые вооруженные машины модификации В легко поражались из пулеметов, особенно крупнокалиберных (вроде ДШК), а самое главное — не успевали за более скоростными UH-1D. Отмечалась недостаточная прочность хвостовой балки — при грубой посадке она от соприкосновения с землей ломалась, повреждалась от частых ударов о ветки деревьев при полетах на малых высотах. Мощности двигателя UH-1D хватало для перевозки только семи бойцов с полным снаряжением вместо девяти или, тем более, 12. В жару UH-1D, летавшие в горах, брали на борт только пять десантников. Недостаток мощности не позволял установить на вертолеты броню. Часто летчики в боевой обстановке загружали своих "коней" по принципу "лезь, пока есть место". В результате перегрузки заклинивало двигатель; вертолет падал, переворачивался и загорался. Это и привело к созданию чисто ударного AH-1 «Хью Кобра». Эта машина имела некоторые преимущества - лучшую аэродинамическую форму, на треть большую скорость, более мощное вооружение, меньшую уязвимость и еще ряд плюсов по сравнению с UH-1B. Во Вьетнаме вертолет АН-1 зарекомендовал себя весьма удовлетворительно (в одних и тех же боевых условиях число попаданий в него оказалось вдвое меньше, чем у UH-1). Впоследствии, когда "Кобра" стала известной во всем мире, многие эксперты с недоумением отмечали отсутствие бронестекол кабины экипажа, что объясняется недостатком статистики по зонам поражения вертолета с земли. Посчитали, что достаточно прикрыть пилотов боковыми бронеплитами и выдвижными до уровня плеч бронещитками. Вьетнамский опыт показал ошибочность такого взгляда, и на последующих вариантах "Хью Кобры" появились бронестекла. Все же главной защитой этого вертолета считались его малые габариты, скорость и маневренность. В книге «The Short-Timers», послужившей основой для сценария фильма «Цельнометаллическая оболочка» был описан эпизод, когда зависшую «Кобру» расстреляли автоматчики из АК-47, то есть даже защита от пуль нормального калибра не обеспечивалась.
Все эти факты оказали весьма существенное влияние на ход мыслей военных теоретиков по обе стороны океана.
